Конец американскому господству

Width 250px god bless america opt

Политический ландшафт в 2030 году претерпит значительные изменения. На мировой сцене будет выступать не одна доминирующая сила, но ряд стран – главными среди них будут США, Россия, Китай, Германия, Индия и Япония, – которые начнут демонстрировать псевдоимперские наклонности. Огромные агломерации мегаполисов и их окружение станут иметь все большее влияние. Послевоенный порядок, который существовал с середины ХХ века, грозит рухнуть. Впереди нас ждет неуверенность и нестабильность.

Национальные государства возрождаются. Крупнейшие из них деловито распространяют свое мировое присутствие, одновременно укрепляя территориальные и виртуальные границы. Как ясно показывает стремительное наступление реакционной политики по всему миру, нет никаких гарантий, что такие широкие территориальные доминионы и их сателлиты станут более либеральными или демократичными. Напротив, неумолимые изменения климата, миграции, терроризм, неравенство и быстрые технологические перемены будут усиливать чувство беспокойства и незащищенности и, как это уже очевидно, популизм и авторитарность. Несмотря на явные признаки усталости, четырехвековое правление национальных государств сохранится еще несколько десятилетий.

Конец конца истории

Слухи о смерти национальных государств сильно преувеличены. Знаменитый конец истории, предсказанный Фрэнсисом Фукаямой, не наступил, и либеральная демократия не возобладала над всем остальным.

Вовсе не стремясь к отказу от жесткой силы, крупнейшие государства последовательно усиливают свою военную мощь. В число стран, тратящих на вооружения больше всех, в 2015 году входили США, Китай, Россия, Индия, Япония и Германия. Некоторые из этих стран наряду с крупными покупателями оружия, такими как Израиль и Саудовская Аравия, явно готовятся к столкновениям в течение грядущих десятилетий. И они не одиноки. Суммарные мировые расходы на оборону стабильно растут с конца 1990-х годов и в прошлом году достигли суммы 1,6 трлн долларов. Эти тенденции будут актуальны и в следующем десятилетии.

Эти же национальные государства продолжат доминировать и в экономике. Такие страны, как США, Китай, Япония, Германия, Индия и в меньшей мере Россия, возглавляют список стран с самыми высокими показателями ВВП в 2015 году. Эти страны, скорее всего, останутся ключевыми игроками и в 2030 году наряду с Бразилией (если она сумеет навести порядок у себя в доме), Канадой, Францией, Италией, Мексикой, Индонезией и другими.

Однако национальные государства – не единственная возможная форма политической и экономической организации. Они уже уступают суверенитет иным конфигурациям управления, власти и влияния. Четвертая промышленная революция лишь подстегивает эти перемены. Огромные столичные регионы все больше соперничают с национальными государствами в политическом и экономическом влиянии. Возьмите для примера город Мехико, полиция которого насчитывает около 100 тыс. служащих, что превосходит национальные силы защиты правопорядка 115 стран. Или посмотрите на годовой бюджет Нью-Йорка, составляющий 82 млрд долларов, что больше, чем национальные бюджеты 160 стран. Между прочим, население таких мегаполисов, как Сеул и Токио, превышает численность населения большинства национальных государств. Многие города быстро строят трансграничные партнерства и объединяют транспортные, телекоммуникационные и энергетические инфраструктуры. Их жители демонстрируют новые формы принадлежности (так называ­емую столичность), которые преодолевают виртуальные и физические сферы и оспаривают традиционные представления о национальной идентичности.

Четыре угрозы национальным государствам

Большинство национальных государств по-прежнему будут существовать в ближайшие десятилетия. Тем не менее есть ряд факторов, которые ставят их существование под угрозу.

  1. Перераспределение власти между небольшим числом национальных государств серьезно подрывает мировой порядок. Зарекомендовавшие себя в ХХ веке центры власти, которыми были США и Европа, сдают позиции значимости и влияния быстрорастущим Китаю и Индии. Старые альянсы, сформированные после Второй мировой войны, уступают место новым региональным коалициям, образованным в Латинской Америке, Азии и Африке. Хотя эти перестроения отражают региональные политические, экономические и демографические процессы, они также повышают риски нестабильности, включая военные конфликты.
  2. Уход концентрированной власти из рук национальных государств дает возможность развиваться параллельным структурам управления. Конечно же, национальные государства сами активно создают законодательные и физические анклавы для передачи ключевых функций частным юридическим лицам. В настоящее время уже существует более 4 тыс. зарегистрированных особых экономических зон – от зон свободной торговли и особых экспортных зон до свободных портов и инновационных технопарков, разбросанных по всему миру. Эти непризнанные государства преднамеренно объединяют общественные интересы с частными и проверяют обретение государственного суверенитета.
  3. Национальные государства и непризнанные государства попадают под давление со стороны децентрализованных сетевых структур, состоящих из негосударственных игроков и коалиций, многие из которых существуют благодаря информационным технологиям. Крупные многонациональные компании уже активно влияют на национальную политику. Такими же игроками являются группы неправительственных организаций, проф­союзы, религиозные сообщества и другие. Работая совместно, а не в противодействии, эти сетевые структуры, вооруженные цифровыми технологиями, могут стать одним из основных испытаний для национальных государств. Распространение технологий предлагает новые пути создания образа совещательной демократии – но они также и разрушают его.
  4. Национальные государства видят, что власть утекает в города. В этом можно отчасти винить безжалостную поступь урбанизации. Число больших и средних городов увеличилось вдесятеро в сравнении с 1950-ми. На сегодняшний день существует 29 мегаполисов с населением 10 млн или более, а также еще 163 города с населением более 3 млн человек и не менее 538 миллионников. Города больше не живут в соответствии с какими-то нормами, они создают эти нормы. Появляется новое поколение мэров, и возникают сотни городских коалиций, активно заботящихся о том, чтобы наше урбанистическое будущее было включено в структуру международных связей. Неудивительно, что география власти также претерпевает изменения по мере того, как города все яростнее соревнуются между собой и с национальными государствами, включая борьбу за водные, пищевые и энергетические ресурсы.

Существует бесчисленное множество проб­лем, с которыми столкнутся национальные государства в грядущие полтора десятилетия. Они смогли выжить в течение последних 368 лет, показав себя потрясающе надежными оплотами политической, социальной и бюрократической организации. Но с учетом масштаба и глубины происходящих в мире изменений и паралича наших национальных и многоцелевых институтов существует опасность, что национальные государства станут анахронизмом и будут враждебны принципу коллективного выживания человечества.

Сегодня более чем когда-либо становится ясно, что наиболее сильные национальные государства мира становятся заложниками шовинистских и протекционистских интересов. С другой стороны, города и сетевые структуры гражданского общества создают мощные узлы политического и экономического влияния и силы. Вопрос в том, предложат ли они более подходящие модели для регулирования коллективных действий, чтобы противостоять надвигающимся угрозам.

Серия статей «Мир 2030: прогнозы» перепечатана журналом BRICS Business Magazine с разрешения Всемирного экономического форума.

Официальные партнеры

Logo nkibrics Logo dm arct Logo fond gh Logo palata Logo palatarb Logo rc Logo mkr Logo mp